МИГРАЦИИ В СИСТЕМЕ СОВЕТСКО-КИТАЙСКОЙ ГРАНИЦЫ В 1940-ЫЕ ГОДЫ: СОЦИЕТАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ В КАЗАХСКОЙ ССР

Аннотация

Введение. В статье рассматриваются особенности возвратной миграции казахов из Китая в советский Казахстан в середине 1940-х гг., обусловленной комплексом военно-политических и социальных факторов. С середины 1930-х гг. казахи являлись частью повстанческого движения в Синьцзяне, а в 1944 г. приняли активное участие в вооруженном восстании, известном как Восстание трех округов. Значительные человеческие потери, вооруженные столкновения и нестабильная военно-политическая ситуация вынудили часть казахского населения, проживавшего вдоль границы с СССР, принять решение о переходе в Казахскую ССР. Цель статьи – проследить эволюцию взаимоотношений руководства СССР и Казахской ССР с казахами-возвращенцами из Синьцзяна, а также выявить механизмы выстраивания диалога между советской властью и возвращенцами в контексте минимизации рисков возвратной миграции с позиций концепции социетальной безопасности. Материалы и методы. Источниковую основу исследования составили архивные материалы Архива Президента Республики Казахстан (АП РК), а также научные исследования, посвященные проблемам возвратной миграции казахов из Китая. Проведен вторичный анализ существующих исследований по данной проблематике. Теоретико-методологическую основу работы составили теория социетальной безопасности, принцип историзма и дискурсивные практики анализа текстового материала. Обсуждение. Возвращение казахского населения из Синьцзяна рассматривалось советским руководством одновременно в демографическом, социальном и военно-политическом контекстах. С одной стороны, советские власти не препятствовали возвращению казахов из Китая, поскольку были заинтересованы в пополнении населения приграничных районов Казахской ССР. С другой стороны, присутствие возвращенцев позволяло получать дополнительные сведения о военно-политических процессах в Синьцзяне и изменениях в отношении населения региона к Советскому Союзу. В связи с этим возвратная миграция приобретала значение не только как демографический процесс, но и как фактор приграничной и социетальной безопасности. Результаты. Установлено, что руководство Казахской ССР, стремясь минимизировать социальные и политические риски возвратной миграции, предпринимало меры по поддержке как возвращенцев, так и местного населения. В свою очередь, лидеры казахов-возвращенцев из Синьцзяна стремились установить устойчивые отношения с советским руководством и выстраивали коммуникацию с представителями власти с использованием советской политико-идеологической риторики, то есть, по выражению источников, говорили с ними «по-большевистски». Это свидетельствует о формировании определенного механизма взаимной адаптации и диалога между советской властью и прибывавшими из Китая казахами. Выводы. Советское руководство было заинтересовано в возвращении казахского населения из Китая, однако одновременно учитывало возможные риски дестабилизации приграничных территорий. Поэтому политика в отношении возвращенцев сочетала демографические интересы, меры социальной поддержки и задачи обеспечения безопасности советско-китайского приграничья. Проведенный анализ показывает, что взаимоотношения между советской властью и казахами-возвращенцами формировались на основе взаимной заинтересованности: государство стремилось контролировать миграционные процессы и минимизировать связанные с ними риски, тогда как возвращенцы были заинтересованы в адаптации к советским условиям и установлении конструктивных отношений с органами власти.